«Активность руководства напрягала»: свидетели по делу Максименко дали показания в суде

Фото: Следственный комитет.

Так, 34-летний следователь ГСУ СК по Москве Игорь Федутинов рассказал, что именно он самостоятельно без указаний сверху выделил дело в отношении Андрея Койчукова и его соратника Эдуарда Романова в отдельное производство.

— Дело после выделения максимум один день было в моем производстве, — отметил он.

Затем материалы в конце марта 2016 года у него забрали и передали в Следственное управление СК по ЦАО, которым руководил Алексей Крамаренко (в настоящее время он находится в СИЗО и обвиняется в получении взятки от лидера преступного мира Шакро Молодого — прим. «МК»).

Свидетель Федутинов эту метаморфозу с передачей дела объяснил просто — «возможно, это было связано с перераспределением нагрузки». Точно также говорил и предыдущий свидетель на прошлом заседании — экс-следователь Андрей Супруненко.

— На тот момент в моем производстве было пять дел, — добавил Федутинов.

Он пояснил, что вопрос о переквалификации обвинения Койчукову и Романову со статьи УК РФ «Хулиганство» на статью «Самоуправство» поднимался на рабочих совещаниях с участием замруководителя столичного СК Дениса Никандрова. Но последний особо не интересовался этим делом, утверждал свидетель.

Второй экс-следователь 37-летний Александр Хурцилава заявил, что в мае 2016 года на оперативном совещании Денис Никандров в категоричной форме дал ему указание переквалифицировать дело на статью «Самоуправство» и поскорей завершить расследование.

— Я изучил дело и расписал его следователю Андрею Бычкову. Он переквалифицировал и предъявил новое обвинение Койчукову и Романову, — говорил свидетель.

Он вспомнил, что в мае 2016 года Крамаренко делал доклад перед руководством, заявив, что обвиняемые готовы признать вину и сотрудничать со следствием, поэтому им можно изменить меру пресечения.

Прокурор подчеркнул, что ранее Хурцилава утверждал, что Никандров вынудил Бычкова отпустить на свободу Койчукова и Романова.

Но основным «докладчиком» на этом заседании стал бывший руководитель Следственного управления по Центральному округу столицы ГСУ СК РФ по Москве 45-летний Алексей Крамаренко. Показания мужчина спортивного телосложения давал из клетки — «аквариума». Он заявил, что в конце марта 2016 года его вызывали в ГСУ.

— Никандров попросил закончить расследование в короткие сроки, переквалифицировать обвинение Койчукову. Обратить внимание на меру пресечения. Я вызвал своего зама Хурцилаву, и попросил его подобрать менее загруженного следователя, — рассказывал Крамаренко.

Никандров его заверил, что Койчуков и Романов признают вину и будут сотрудничать со следствием. Однако те в результате отказались свидетельствовать против себя, говорил Крамаренко. Он доложил начальству, что вряд ли сможет повлиять на меру пресечения. На что Никандров ему сказал: «Пусть идет, как идёт. Постарайтесь закончить расследование до 15 июня 2016 года и принять решение о мере пресечения».

Потом Крамаренко уехал в отпуск. И якобы не знал, что стало с криминальными авторитетами.

В то же время Крамаренко отметил: он сам был удивлен тому, что материалы сначала забрали из его управления, а потом снова вернули.

— Активность со стороны ГСУ СК по этому делу немного нам напрягала, — вспомнил свидетель. — У нас в основном были должностные преступления, убийствами практически не занимались, — подчеркнул Крамаренко.

В речи свидетеля всплыло имя предпринимателя-девелопера Дмитрия Смычковского.

— Смычковский достаточно странный тип, мошенник. Ходил с пистолетом. Коммерсант высокого полета. Правда, рядом с Максименко я его не видел.

— Смычковский ко мне приезжал на работу и говорил, что будет указание со стороны руководства на переквалификацию обвинения, — открыл тайну давления на следствие свидетель.

Крамаренко категорично заявил, что в его действиях не было корыстной заинтересованности. Несмотря на то, что Никандров ранее утверждал, что у свидетеля много недвижимости, за которую надо платить большие налоги.

— У меня одна квартира в центре Москвы, досталась от бабушки, где я живу с женой и несовершеннолетними детьми, — уверял свидетель.

Экс-следователь также отметил, что Михаил Максименко никогда не пытался интересоваться судьбой уголовного дела Кочуйкова. «Он мне никогда не звонил по этому поводу».

Последним выступил бывший подчиненный Крамаренко — 37-летний следователь Андрей Бычков. Сразу заявил, что плохо помнит обстоятельства дела. Попросил огласить его показания, данные еще на следствии. Но ему в этом отказали. Однако из его допроса все равно ничего путного не вышло — мужчину неожиданно подвела память.

— Я не освобождал Койчукова и Романова, их дело к тому моменту было уже в производстве внутренних дел, — только и смог вспомнить Бычков.

По его словам, давление со стороны начальства на него не оказывалось.

Работа следователя исполнять указание руководства. Я считаю, что все делал законно, — подытожил Бычков.

Comments are closed.