А в ответ «тишина»: СКР предпочел не найти вип-камер в московском СИЗО

фото: Игнат Калинин

Вообще поведение СК во всей истории вызывает по меньшей мере недоумение. Первое, что было сделано — правозащитникам запретили проход в «Матросскую тишину». До сих пор те самые члены ОНК, которые нашли вип-камеры, посещать «Матросску» по милости СК не могут. Запрет не был снял даже после обращения главы Совета при президенте по правам человека Михаила Федотова. Зато спустя три месяца с момента скандала появилось постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Браво, господа следователи!

Напомним, что вип-камеры правозащитники обнаружили в середине декабря прошлого года (первым об этом написал «МК» в статье «Ад и рай Матросской тишины» 14 декабря). Уже на следующий день (!), так сказать, своими силами сотрудники «Матросски» попытались их преобразить — демонтировали, к примеру, душевые лейки. А также заселили камеры мигрантами, которые тут же захламили их своим скарбом т. д. Чуть позже убрали даже дорогой подвесной унитаз из люксовой камеры (недавно начальник столичного УФСИН Сергей Мороз рассказал, что этот унитаз сейчас в комнате свиданий, им пользуются родственники заключенных).

Во всей этой истории достойнее всего повела себя, как ни удивительно… Федеральная служба исполнения наказаний. Руководство не стало ничего скрывать. Собственно, оно пришло к тем же выводам, что и правозащитники: так называемые вип-камеры сами по себе очень достойные и было бы здОрово, если бы все стали именно такими. Но совершенно недопустимо существование их одновременно с другими — где антисанитария и жуткий перелимит, где нет не только ЖК-телевизора с огромной диагональю, но вообще никакого «голубого экрана», где продукты вместо новомодного холодильника хранятся за окном, где вместо простора и уюта — 2-3 человека на каждую шконку.

Вообще главное, на что упирали мы, возмущаясь вип-камерами, — социальное неравенство. В архивных документах о царских тюрьмах есть сведения о разных условиях содержания для крепостных крестьян, купечества и дворян. Если первые сидели едва ли не в землянках, справляли нужду в яму и довольствовались коркой хлеба, остальные «заезжали» в тюремные казематы с прислугой и собственной провизией, включающей огромные запасы вина.

Сегодня другие времена. Крепостного права нет, деления на классы — нет. Закон для всех един, а он не позволяет богатым заключенным жить в лучших условиях за решеткой, чем бедные. И потому выглядело шокирующим, когда на первом этаже одного из корпусов «Матросски» в вонючих камерах инвалиды стали на полу на грязных матрасах, а на пятом этаже принимали душ и опорожнялся в подвесной унитаз в светлой, чистой, просторной камере с новеньким постельным бельем. Чем они лучше других арестантов? Тем, что у них много денег?

Закрыть на такое неравенство глаза Конституция не позволяет. Разрешат законодатель платные тюрьмы — тогда пожалуйста. Но пока этого нет, — налицо нарушения в действиях сотрудников «Матроской тишины» по распределению заключенных по камерам. Виновных наказали. Даже руководитель СИЗО сменился. Чего еще нужно в доказательство?! Конфликт исчерпан, тем более что богатые заключенные стали жить в самых обычных условиях, а бедные заняли их камеры (которые, повторюсь, стали стандартными, но чистыми и уютными).

Никакой «крови» правозащитники никогда не хотели, на возбуждении уголовных дел против рядовых сотрудников не настаивали. Но вот СК решил почему-то сейчас среагировать и объявить всему миру, что вип-камер не нашел. И ноль реакции — на официальное обращение председателя Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте Михаила Федотова. Тот выражал недоумение запретом посещения «Матросской тишины» членами ОНК Москвы. «Подобный запрет представляется излишним, вступающим в противоречие с базовыми положениями закона основах общественного контроля в Российской Федерации» — говорится в письме Федотова к главе управления СКР по Москве Александру Дрыманову. Надо сказать, что это не первый случай, когда СК игнорировал мнение членов СПЧ (каждого из которых назначил своим указом президент).

А я думаю: может тогда стоит заняться расследованием по тем жалобам, которые строчит сейчас во все инстанции один из «обиженных и оскорбленных» вип-арестантов, занимавший раньше такую суперкамеру? Тот ведь, потеряв все льготы и привилегии, никак не может смириться с участью рядового зэка. В последних своих обращениях он пишет, что якобы сейчас сидит в ужасной камере даже без туалета. Неужто — пардон — какает в пакетик? В столичном ФСИН мне официально ответили, что камер без туалетов сегодня ни в одном СИЗО не существует. Выходит, врет. А еще он просит снова разрешить ему оказывать благотворительную помощь изолятору. Наверное, надеется, что за это ему вернут подвесной унитаз… А чего еще для счастья за решеткой надо-то? Тем более если правозащитники благодаря следователям не будут мельтешить перед глазами…

Comments are closed.