«На Новый год мне купили чаю с булочкой»: праздники бомжей

Бездомной Любе 58 лет. По словам женщины, под Новый год горожане становятся добрее и охотнее подают милостыню, могут купить даже еду.

— Никогда не забуду случай, когда я сижу около кафешек, есть охота, а главное, холод пробирает. Подходит ко мне молодой человек, лет двадцати даже ему нет. И говорит: давай я тебе чай куплю с булочкой. Ну я согласилась и даже заплакала от радости. Зря говорят, что молодежь у нас плохая, они очень добрые и душевные. Это случилось 31 декабря, и молодой парень спешил сам на праздник. Но, увидев меня, остановился и помог. Теперь я, как ребенок, верю в новогоднее чудо.

Люба рассказывает, что бездомные, как правило, держатся вместе. В своей компании никто никого не обижает, мужчины всегда заступаются за «своих» женщин.

— Без мужиков наших мы никуда, все как в обычной жизни. В Новый год народ гуляет, всякие бывают случаи, шпыняют нас, прогоняют. Женщины слабее, если кто толкнет или начнет ругаться, мужчины заступаются.

Подарки бездомные также дарят друг другу — как и обычные люди. Просто не такие дорогие. Обычно это или открыточка, или безделушка какая-то. Где берут? Кто что подаст. О том, что воруют, говорить не принято. На городские елки бомжам идти стыдно, да и лишнее внимание не нужно. Поэтому собираются в местах, где чаще всего обитают. Никто из них не забыл, что он человек, и ничто человеческое им не чуждо.

— После боя курантов мы пошли в подъезд обычного дома погреться, — вспоминает Люба. — На столе было у кого что есть. Накануне мы просили милостыню. Стоим мы, не шумим особо. И тут жители выходят из квартир. Мы испугались, думали, выгонят. А они, наоборот, еды принесли, говорят, угощайтесь, не жалко.

Ни еды, ни воды, и небо в клеточку

Таша и Настя из волонтерской организации «Дом друзей» в небольшом автобусе социальной службы накладывают повязки, дают обезболивающее бездомным — в общем, оказывают помощь. И не только медицинскую, но и моральную. Молодые девушки весело разговаривают с больными, как будто знакомы тысячу лет. Зимой бомжи приходят в основном с обморожениями и с травмами. Многие раны настолько запущены, что на них страшно смотреть.

— Какая ты красивая, — обращается к Таше бомж средних лет. У него болит нога. Таша, нисколько не смущаясь, с улыбкой начинает осмотр пациента.

Андрей на улице уже давно. Когда совсем холодно, обитает в доме своего приятеля в Перове. Но не в квартире, а в подъезде. Его там хорошо знают и поэтому не гоняют. Где правда, а где выдумка — в историях уличных людей разобраться сложно. Тут и любовь, и измены, и тяжелый труд, и тюрьма. Кажется, они пьют свою чашу жизни сполна.

Когда-то он, молодой и здоровый, работал, была семья. Жена Ира ушла к другому. Одна гордость осталась — сын. Молодой человек живет в Бирюлеве, но знаться с отцом не хочет.

— Я ведь тут дедушкой стал. Внук у меня родился, — говорит Андрей. — Я пил много и не работал, вот сын и не хочет с таким общаться. Вообще, такая мысль меня часто посещает: как бы мне уйти в мир иной.

Андрей рассказывает, что его обманули цыгане, переписали его квартиру на себя. Жить взяли к себе. Он работал на них — ухаживал за скотиной и огородом. Деньги не платили, только кормили. В один прекрасный день удалось с чужого телефона позвонить сыну. Тот приехал и забрал отца от цыган. Но общаться не стал: мол, я тебя вытащил, а дальше ты сам.

Впереди Новый год, как его встретить, Андрей пока не знает. Вспоминает, как отмечал праздник на вокзале, но чаще в подъезде того самого дома в Перове. На общественную елку он не ходит. В Новый год часто бывает и холодно, и голодно. У бездомного одна забота: найти еду и не замерзнуть. Какие уж тут елки и подарки?

— Да кому мне подарки дарить? Я уже давно забыл, что такое уют, тепло и подарки. Знал я одного мужика, в Новый год с ним познакомился на вокзале, так он 10 дней вообще не ел. А потом ему дали хлеба пассажиры поезда, он от радости чуть танцевать не стал. Говорил: вот что значит новогоднее чудо! А я лично мечтаю не о хлебе, о другом подарке: хотел бы увидеть внука. Это был бы мой самый лучший подарок.

Андрей мечтает на Новый год увидеть внука.

…В автобус заходит совсем молодой мужчина, нет и тридцати, чисто одетый и совсем не похож на бомжа. На улице такого встретишь, скажешь: обычный гражданин. Дело в том, что он на улице всего около года.

Валерий приехал из Серебряных Прудов на работу в Москву. Вначале трудился в магазине строительных материалов продавцом. Потом наступил кризис, и его уволили. Жена ушла из-за трудностей. Нового места не нашел и так оказался на улице, но собирается вернуться к нормальной жизни.

— Я прошлый Новый год встречал на вокзале. Ну вы понимаете, там елку нарядили, украсили как могли. У всех приподнятое настроение, все улыбаются, едут куда-то — это нормальные люди. А мне какой Новый год на вокзале? Я ж домашний человек. Мне б в квартиру да к семье.

Фотографироваться Валерий отказался — ему статус бомжа не нужен. Он мечтает вернуться к нормальной жизни и забыть этот несчастливый период как страшный сон.

Николай, пожалуй, самый бывалый из посетителей медицинского пункта. Он из тех, кто живет на улице давно и кто уже даже не мечтает о теплом жилье. После освобождения из мест не столь отдаленных он потерял дом и остался на улице. Как ни странно, его такой образ жизни устраивает. Часто бомжи не хотят просто беспокоить своих родных и близких — зачем такая обуза нужна родственникам? Николай не имеет возможности заработать сам — болячки и возраст не позволяют, да и документов нет. Ему проще просить милостыню. А переночевать можно на вокзале или в подъезде. Не мешают ни свет, ни люди — Николай особо не задумывается над нюансами своей бродячей жизни, как говорится, дают — бери, а бьют — беги. Но вот Новый год Николай ни разу не пропустил и не проспал.

— Я встречал праздник в подвале, — говорит мужчина. — Я там жил, когда еще пускали. Сквозь решетку на окне я видел салют в небе. Небо такое в клеточку. Громыхает все, шум, гам, а я в самом низу — так чудно смотреть на небо из подвала. Но выходить я боялся, так как меня могли выгнать соседи, а там было тепло. Я там так и сидел несколько дней — все праздники. Еды было мало, в общем, ее совсем не было. Но как-то выжил. А небо из подвала выше кажется.

Николай встречал Новый год в подвале.

■ ■ ■

По мнению психолога Марии Невеселовой, у людей без определенного места жительства существует своего рода точка невозврата. Это рубеж, примерно шесть лет, после которого возвращаются к обычной жизни единицы. Люди привыкают к своей среде. К тому же жить на улице многим кажется даже легче, чем работать, кормить семью. А милостыню сейчас подают хорошо, так что в день можно и тысячу рублей заработать. Просить со временем научатся, и это уже не стыдно.

Основные причины, по которым люди скатываются до жизни на улице, — это антисоциальное поведение, лишение крыши над головой родственниками или «черными риелторами», пожары, инвалидность и невозможность работать, алкоголизм и наркомания.

«Мы больше всего боимся, что бездомные напьются»

Емельян Сосинский — благотворитель, основатель дома трудолюбия «Ной», социального приюта для бездомных людей. Когда-то он был простым волонтером и помогал людям на улице. Потом понял, что такая помощь малоэффективна: его подопечные продолжали пить и не работали. Чтобы «стать человеком», бомжу нужно избавиться именно от этих двух пагубных привычек. Разовые подаяния могут им только вредить, а вот предоставить им возможность заработать самим и жилье — это и есть путь к спасению.

Поэтому Емельян решил организовать дом для бывших бомжей. Сейчас таких домов уже четырнадцать, и каждый из них — самостоятельная община со своим руководством. Все должности занимают бездомные. Руководителя назначает Емельян.

Жизнь в доме трудолюбия строится так, что все трудоспособные его члены — а обычно они работают на стройках — получают на руки 40–60% зарплаты. Остальная часть идет на содержание самого дома и тех, кто не способен зарабатывать сам: женщин, детей, инвалидов, стариков. Женщины тут ведут хозяйство, стирают одежду, готовят, обеспечивая тылы.

В каждом из домов Новый год встречают по-разному. Руководство лишь выделяет средства, ну а чем порадовать людей, каждый директор решает сам. В этом году на человека решили потратить по 600 рублей. Сюда входит стол и подарки на Новый год и Рождество. Но главное отнюдь не подарки.

— Основная задача для нас в праздники, — говорит Емельян Сосинский, — не оставить людей на улице. Все остальное — на потом. В холода поток увеличивается, и мы ломаем голову, где их разместить. Особенно тяжело с женщинами, детьми и инвалидами. Им сложно даже в бытовом плане — например, разместиться на втором ярусе кроватей. У нас кровати двухъярусные. Первый ярус всегда заполнен, а на второй положишь не каждого.

В канун Нового года люди продолжают работать и о празднике особо не думают, хотя тоже, как и все, наряжают новогоднюю елку, накрывают на стол, готовят подарки. Поздравить бездомных приходят волонтеры или люди из храмов.

— Еще мы очень строго следим за тем, чтобы люди не напились на праздники. Среди бездомных 90% — это алкоголики, — продолжает Сосинский. — У нас существует даже система штрафов: если выпил, зарплату выдаем не каждую неделю, а в конце месяца.

Особенно в доме трудолюбия переживают за тех, кто на праздники отпрашивается к родственникам или к друзьям. Если они там выпьют, это может плохо кончиться.

— У нас даже был такой случай. Человек отпросился, его не было 10 дней. Вернулся, вроде бы трезвый, а на следующую ночь повесился — белая горячка, — сожалеет Емельян.

По словам Ланы Журкиной, директора центра «Дом друзей», праздник должен быть у всех. 27 декабря новогодняя встреча для бездомных пройдет в самой организации. Прийти туда сможет не каждый, поэтому активисты начали заранее сами развозить подарки. Самое нужное для большинства: нижнее белье, средства гигиены — крем для рук и лица, дезодорант, гигиеническая помада для губ, крем после бритья и бритвенные принадлежности, а также всякие вкусности и сладости. Лана раньше была правой рукой известной на всю страну правозащитницы Елизаветы Глинки (доктора Лизы). Женщина вспоминает, что на Новый год всегда помогали тем, кто живет на улице, и сейчас эта традиция сохранилась.

— Очень ждем дедов морозов и снегурочек, фей, санта-клаусов и всех, кто может помочь исполнить хоть часть новогодних вполне скромных пожеланий больных и одиноких людей, — говорит Лана Журкина.

Новый год не за горами. И каждый хочет встретить его достойно. Возможно, в новогоднюю ночь людям без дома тоже повезет — и рядом с ними окажется человек с добрым сердцем, который накормит и напоит. Ну а изменить свою судьбу навсегда каждый бомж сможет только сам. Иногда в новогоднюю ночь и такие чудеса случаются.

■ ■ ■

Настоящую предновогоднюю историю рассказала нам Татьяна из Митина.

Дети часто приносят домой собаку или котенка с улицы и просят родителей оставить питомца дома. А сын Татьяны привел домой… бездомного человека.

У Саввы — доброе сердце: он спас бездомного от голода.

Ребенок познакомился с дядей Мишей во дворе. Савелию стало жаль бездомного, он еле ходил и просил поесть… Сердце женщины дрогнуло, она пустила неожиданного гостя в квартиру, накормила-напоила, но что делать с ним дальше, она не знала — не выкинешь же человека обратно на улицу. Тем более какой же это будет пример для сына?

— Дядя Миша живет в каком-то заброшенном неотапливаемом здании без дверей около школы. Мы принесли ему костыли, по его словам, его выпустили из больницы с гипсом на ноге, — растерянно говорит Татьяна. — Он лежит, почти не ходит. Купили хлеба, воды, продуктов. Мой сын переживает и спрашивает: что делать? Я даже не знаю… С кошками, собачками — понятно, а тут… Да и паспорта у него нет.

Оставлять дядю Мишу дома надолго, понятно, нельзя. Татьяна начала искать телефоны социальных служб, пытаясь его «пристроить». И через пару дней дядю Мишу забрали социальные работники. Такие вот чудеса случаются под Новый год.

Лучшее в «МК» — в короткой вечерней рассылке: подпишитесь на наш канал в Telegram

Comments are closed.